Б. Право собственности

Если рассматривать жилищно-правовое положение собственника жилья с позиций потенциальной возможности утраты таким собственником прав на свое жилое помещение в связи с длительным непроживанием в нем, можно увидеть, что собственник жилого помещения в этом ключе будет находиться в прямо противоположном юридическом положении, нежели социальный наниматель. Вне зависимости от того, будет ли собственник жилого помещения не проживать в своем жилище на временной или постоянной основе, право собственности на указанное помещение собственник по общему правилу не утратит. Причины непроживания могут быть самыми различными. Например, лицо может вложить деньги, купив жилое помещение, и просто не проживать в нем. Собственник может на постоянной и длительной основе сдавать свое жилое помещение в коммерческий наем. А такой наем в большинстве случаев предполагает отсутствие собственника в сдаваемом помещении. В жилом помещении собственника могут проживать исключительно члены его семьи (в том числе и дальние родственники), а сам собственник будет иметь основное местожительство в другой точке. В конце концов, лицо может обладать на праве собственности несколькими жилыми помещениями и не иметь физической возможности проживать в каждом из них.
Если говорить обобщенно, то можно сказать следующее. Если отсутствие собственника в принадлежащем ему жилом помещении будет квалифицировано как отсутствие постоянное (и понятно, что такое отсутствие может длиться не только годами, но и десятилетиями), указанное положение вещей никоим образом не отразится на правах лица как собственника жилого помещения. Собственник все равно останется собственником. Условно можно сказать так, что на собственнике жилья, в отличие от социального нанимателя, не лежит юридическая обязанность проживать в своем жилом помещении и иметь в нем постоянное место жительства. Нормы гражданского и жилищного законодательства не содержат предписаний о возможном принудительном прекращении права собственности на жилое помещение в случае длительного непроживания в нем. Наоборот, п. 2 ст. 9 ГК РФ, говоря в общих чертах о реализации различных гражданских правомочий, прямо устанавливает, что отказ граждан и юридических лиц от осуществления принадлежащих им прав не влечет прекращения этих прав, за исключением случаев, предусмотренных законом. Иными словами, только от воли и интереса собственника зависит решение вопроса о том, будет ли он пользоваться своим жилым помещением и проживать в нем на постоянной основе.
Однако такое положение вещей, естественно, не нужно понимать в том смысле, что нереализация собственником своих жилищных прав снимает с него несение соответствующих юридических обязанностей, которые он должен исполнять, как и любой иной собственник жилого помещения. Вовсе нет. Любой собственник жилья, вне зависимости от факта его реального проживания в жилом помещении, должен уплачивать налог на недвижимое имущество и необходимые коммунальные платежи. Любой собственник должен принимать участие в оплате текущего и капитального ремонта общего имущества многоквартирного дома. На любом собственнике лежат такие обязанности, как использование жилого помещения по назначению и поддержание его в надлежащем санитарно-техническом состоянии.
Теперь в очередной раз обратимся к практике ВС РФ. На примере нижеприведенного судебного дела будет хорошо видно, как положения о недопустимости прекращения права собственности на вещь в случае ее длительного неиспользования должны применяться и реализовываться на практике. Правда, сразу следует оговориться, что объектом указанного спора будет выступать не жилое помещение, а земельный участок. Однако вся правовая аргументация, положенная в основу этого дела, в порядке некой аналогии совершенно свободно, на наш взгляд, может применяться и к однотипным жилищно-правовым спорам.
С. обратился в суд с иском к Г., администрации СП "Село Коллонтай" Малоярославецкого района Калужской области о признании недействительным свидетельства о государственной регистрации права собственности Г. на земельный участок, указав, что постановлением главы местного самоуправления Коллонтаевского сельсовета Малоярославецкого района Калужской области от 31 мая 1995 г. ему был предоставлен в собственность земельный участок в дер. Ротманово Малоярославецкого района Калужской области для ведения личного подсобного хозяйства. 14 сентября 1995 г. С. было выдано свидетельство о праве собственности на землю. В этом же году он получил разрешение на строительство жилого дома на принадлежащем ему земельном участке и приступил к строительству, вырыв котлован и возведя стены подвала и первого этажа. В 1996 г. истец прекратил строительство по причине отсутствия денежных средств, выехал в г. Ухту Республики Коми и не был на земельном участке до 2010 г. В 2010 г. истец обнаружил, что возведенное им неоконченное строительство отсутствует, а на принадлежащем ему земельном участке Г. возвел временную хозяйственную постройку и узнал, что ответчик получил свидетельство о праве собственности на данный земельный участок.
Решением Малоярославецкого районного суда Калужской области от 13 апреля 2011 г. иск С. удовлетворен.
Судебная коллегия по гражданским делам Калужского областного суда 14 июля 2011 г. решение суда отменила и по делу вынесла новое решение, которым в удовлетворении иска С. отказала.
В надзорной жалобе С. просил об отмене определения Судебной коллегии по гражданским делам Калужского областного суда и оставлении в силе решения суда первой инстанции.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ 13 марта 2012 г. жалобу удовлетворила, указав следующее.
Судом установлено, что С. согласно свидетельству о праве собственности на землю от 14 сентября 1995 г. является собственником земельного участка, расположенного в черте дер. Ротманово. Данный земельный участок предоставлен ему для ведения личного подсобного хозяйства. На предоставленном земельном участке С. было разрешено строительство дома.
Правоустанавливающие документы на имя С. никем не оспорены и недействительными признаны не были. Каких-либо сведений об изъятии спорного земельного участка у истца в установленном законом порядке или его отказе от права собственности на данный земельный участок, его отчуждении суду представлено не было.
Вместе с тем, несмотря на такие обстоятельства, 5 декабря 2006 г. Г. получил свидетельство о праве собственности на тот же земельный участок, который был предоставлен С. в 1995 г.
Согласно письму главы администрации СП "Село Коллонтай", полученному по запросу суда, запись о предоставлении Г. земельного участка в похозяйственной книге отсутствует, постановления главы администрации о предоставлении Г. земельного участка и справок о принадлежности ему участка не имеется. Утвержденный план территории дер. Ротманово отсутствует.
С учетом приведенных обстоятельств суд первой инстанции, удовлетворяя исковые требования С., исходил из того, что спорный земельный участок выбыл из владения истца помимо его воли, в связи с чем, руководствуясь ст. ст. 60 и 61 ЗК РФ и ст. ст. 235 и 302 ГК РФ, пришел к выводу, что нарушенное право истца на земельный участок подлежит защите.
Суд второй инстанции, отменяя решение суда первой инстанции и отказывая С. в удовлетворении исковых требований, руководствуясь при принятии решения п. п. 1, 3 ст. 10 ГК РФ (в соответствии с которыми не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах), указал на недобросовестное осуществление истцом своих прав, в частности на то, что он в течение 15 лет не пользовался земельным участком, не проводил его освоение, не совершал действий, свидетельствующих об использовании земли в соответствии с целевым назначением, не принял мер к сохранению незавершенного строительством объекта, что привело к его утрате, в то время как ответчик производил освоение земельного участка: выкосил многолетний травостой, установил забор, построил двухэтажный каркасный дом, установил металлический гараж.
Между тем с таким выводом суда кассационной инстанции согласиться нельзя в связи со следующим.
В силу ст. 235 ГК РФ право собственности прекращается при отчуждении собственником своего имущества другим лицам, отказе собственника от права собственности, гибели или уничтожении имущества и при утрате права собственности на имущество в иных случаях, предусмотренных законом. Принудительное изъятие у собственника имущества не допускается, кроме случаев, предусмотренных законом.
Перечень оснований прекращения права собственности, указанный в ст. 235 ГК РФ, является исчерпывающим и расширенному толкованию не подлежит.
Однако, вынося решение об отказе в удовлетворении требований С., суд кассационной инстанции фактически лишил истца права собственности на принадлежащий ему земельный участок и, соответственно, возможности использования его, не указав при этом предусмотренных законом оснований для прекращения права собственности.
Между тем неиспользование истцом С. принадлежащего ему на праве собственности земельного участка не может рассматриваться как злоупотребление правом с его стороны и служить основанием для лишения С. права собственности на данный земельный участок или для какого-либо иного ограничения во владении, пользовании и распоряжении им.
С учетом того что свидетельство о праве собственности на спорный земельный участок, выданное С., недействительным признано не было, создана правовая ситуация, при которой на один и тот же земельный участок у двух граждан - истца и ответчика - имеются соответствующие свидетельства о праве собственности.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ определение от 14 июля 2011 г. отменила и направила гражданское дело на новое рассмотрение в Калужский областной суд <1>.
--------------------------------
<1> Определение Судебной коллегии по гражданским делам ВС РФ от 13 марта 2012 г. N 85-В11-7 // Бюллетень ВС РФ. 2012. N 11.

Таким образом, необходимо еще раз констатировать то важное обстоятельство, что если собственник на длительной основе не пользуется принадлежащей ему вещью (не проживает в своем жилом помещении, не находится на земельном участке), данный фактор никоим образом не является основанием для утраты таким собственником прав на свою вещь. Собственник по общему правилу должен оставаться собственником. Однако указанное положение вещей является все же общим правилом. И наше отечественное законодательство знает из этого правила ряд исключений. Не претендуя на исчерпывающее освещение этого вопроса, хотелось бы остановиться на анализе двух правовых ситуаций.
Первая ситуация сводится к следующему. На практике, к сожалению, достаточно распространены случаи, когда лицо не просто не проживает в своем жилом помещении, а не проживает в нем по причине пропажи без вести. На протяжении долгого периода времени может вообще не поступать никаких сведений о месте фактического нахождения лица и его пребывания. Как это ни печально звучит, но в отношении такого лица в принципе будет отсутствовать какая-либо объективная информация о том, находится ли такое лицо в живых или нет. Гражданско-правовое разрешение указанной жизненной ситуации представлено в ст. 45 ГК РФ. Напомним, что данная статья устанавливает, что гражданин может быть объявлен судом умершим, если в месте его жительства нет сведений о месте его пребывания в течение пяти лет, а если он пропал без вести при обстоятельствах, угрожающих смертью или дающих основание предполагать его гибель от определенного несчастного случая - в течение шести месяцев.
В практической жизни содержание этой нормы будет реализовываться приблизительно следующим образом. Допустим, некий человек пропадает без вести. В отношении такого человека нет никаких известий о том, где он находится и что с ним случилось. Как прямое следствие этого, лицо не будет проживать в своем жилом помещении, которое может принадлежать ему в том числе и на праве собственности. В сложившейся ситуации заинтересованные лица (как правило, это будут его родственники) смогут обратиться в суд с заявлением об объявлении своего члена семьи умершим. Если суд установит, что действительно нет никаких сведений о человеке и его фактическом местонахождении (в том числе данных о его нахождении в живых) и такое состояние "неизвестности" длится более пяти лет, суд вынесет решение об объявлении пропавшего человека умершим.
Решение же суда об объявлении человека умершим повлечет такие же юридические последствия, что и обыкновенная (биологическая) смерть физического лица. На основании решения суда в органах ЗАГСа будет произведена государственная регистрация смерти с выдачей соответствующего свидетельства. После такого человека откроется наследство, а его право собственности на все принадлежащие ему вещи и предметы прекратится. Наследники (неважно, по закону или по завещанию) смогут вступить в свои наследственные права. Призванные наследники, получив у нотариуса свидетельство о праве на наследство, смогут зарегистрировать (как новые собственники жилого помещения) свое право собственности в соответствующем государственном реестре.
Обобщенно можно сказать следующее. Факт пропажи человека без вести с последующим вынесением судом решения об объявлении его умершим, вполне свободно может стать полноценным юридическим основанием для утраты лицом права собственности на принадлежащее ему жилое помещение. Решение суда об объявлении физического лица умершим преобразует такое лицо из собственника в наследодателя.
Вторая правовая ситуация, когда лицо может принудительно утратить право собственности на принадлежащее ему жилое помещение в связи с длительным непроживанием в нем, связана со сферой общей долевой собственности. Статья 252 ГК РФ, которая посвящена вопросам раздела имущества, находящегося в долевой собственности, и выдела из него доли, на этот счет устанавливает правило следующего содержания: в случаях, когда доля одного из собственников незначительна, не может быть реально выделена и он не имеет существенного интереса в использовании имущества, суд может при отсутствии согласия этого собственника обязать остальных участников долевой собственности выплатить ему компенсацию (п. 4 ст. 252 ГК РФ).
Проиллюстрируем данную правовую норму конкретным примером. Допустим, брату и сестре на праве общей долевой собственности принадлежит некое жилое помещение. Сестре в этом имуществе принадлежит 9/10 долей, а брату - только 1/10. Причем брат в этом помещении практически не проживает (а может, и вообще не проживает), имея, например, на праве собственности иное жилое помещение. Несмотря на то что сестра в указанной квартире будет являться доминирующим сособственником (все же ей будет принадлежать 9/10 долей в имуществе), полноценно свое право собственности она реализовывать не сможет. Например, решать такие вопросы, как совершение сделок с жилым помещением, вселение в него новых членов семьи, переустройство и (или) переоборудование жилого помещения, сестра единолично не будет иметь возможности. Реализация обозначенных вопросов должна будет происходить только с согласия всех сособственников.
В описанной ситуации сестра (как преобладающий сособственник) будет иметь право обратиться с иском в суд (если в добровольном порядке этот вопрос решить не удастся) о принудительном выкупе доли брата. И если суд в процессе рассмотрения дела достоверно установит все обстоятельства, обозначенные в п. 4 ст. 252 ГК РФ, а именно что:
- доля собственника незначительна (в рассмотренном примере доля брата в 1/10 по всей видимости, должна считаться незначительной);
- доля не может быть реально выделена в натуре (а для жилых помещений выделение доли в натуре - явление крайне редкое, особенно если доля одного из сособственников незначительна);
- собственник не имеет существенного интереса в использовании общего имущества (непроживание или эпизодическое проживание в жилом помещении как раз и свидетельствует о том, что у собственника нет особого интереса в использовании принадлежащей ему доли), у суда появится право вынести решение о принудительном выкупе доли. Таким решением суд обяжет доминирующего собственника (сестру-истицу) выплатить другому собственнику (брату) рыночную стоимость его доли в жилом помещении с целью поступления такого помещения в единоличную (индивидуальную) собственность сестры. Причем, что очень важно, суд, по сути, обяжет "миноритарного" собственника произвести принудительное отчуждение своей доли другому сособственнику. А такое решение суда уж никак не будет соответствовать его воле и желанию.
Кстати сказать, достаточно развернутые комментарии к алгоритму применения п. 4 ст. 252 ГК РФ содержатся в настоящее время в совместном Постановлении Пленумов ВС РФ и ВАС РФ от 1 июля 1996 г. N 6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации". В рамках данного документа даются следующие разъяснения:
"При невозможности раздела имущества между всеми участниками общей собственности либо выдела доли в натуре одному или нескольким из них суд по требованию выделяющегося собственника вправе обязать остальных участников долевой собственности выплатить ему денежную компенсацию, с получением которой собственник утрачивает право на долю в общем имуществе.
В исключительных случаях, когда доля собственника незначительна, не может быть реально выделена и он не имеет существенного интереса в использовании общего имущества, суд может и при отсутствии согласия этого сособственника обязать остальных участников долевой собственности выплатить ему компенсацию.
Вопрос о том, имеет ли участник долевой собственности существенный интерес в использовании общего имущества, решается судом в каждом конкретном случае на основании исследования и оценки в совокупности представленных сторонами доказательств, подтверждающих, в частности, нуждаемость в использовании этого имущества в силу возраста, состояния здоровья, профессиональной деятельности, наличия детей, других членов семьи, в том числе нетрудоспособных и др.
В отдельных случаях с учетом конкретных обстоятельств дела суд может передать неделимую вещь в собственность одному из участников долевой собственности, имеющему существенный интерес в ее использовании, независимо от размера долей остальных участников общей собственности с компенсацией последним стоимости их долей" (п. 36 Постановления).
А теперь обратимся к конкретному судебному делу, рассмотренному ВС РФ, дабы на его примере показать, как норма п. 4 ст. 252 ГК РФ о возможном принудительном выкупе доли работает в практической жизни.
Б., действующая в своих интересах, а также в интересах своего несовершеннолетнего сына А., обратилась в суд с иском к В., ссылаясь в обоснование своих требований на следующее. Ей и ее несовершеннолетнему сыну принадлежит 3/4 доли в праве общей собственности на квартиру в пос. Горные Ключи Кировского района Приморского края, а ответчику В. - 1/4 доля в праве общей собственности на указанную квартиру. Поскольку совместное с ответчиком пользование спорной квартирой невозможно, так же как невозможно и реально выделить доли сторон по делу в праве собственности на квартиру, истица просила взыскать с нее в пользу В. денежную компенсацию за принадлежащую ему 1/4 долю в праве общей собственности на квартиру по рыночной стоимости, исключив тем самым его из числа сособственников квартиры.
Решением Кировского районного суда Приморского края от 22 июня 2005 г. иск удовлетворен.
Судебная коллегия по гражданским делам Приморского краевого суда 11 августа 2005 г. решение суда оставила без изменения.
В надзорной жалобе В. просил об отмене судебных постановлений и направлении дела на новое рассмотрение.
Судья Верховного Суда РФ, рассмотрев 24 октября 2006 г. истребованное по надзорной жалобе дело, в передаче его для рассмотрения по существу в суд надзорной инстанции отказал, указав следующее.
В силу ст. 252 ГК РФ имущество, находящееся в долевой собственности, может быть разделено между ее участниками по соглашению между ними. Участник долевой собственности вправе требовать выдела своей доли из общего имущества. При недостижении участниками долевой собственности соглашения о способе и условиях раздела общего имущества или выдела доли одного из них участник долевой собственности вправе в судебном порядке требовать выдела в натуре своей доли из общего имущества. Если выдел в натуре не допускается законом или невозможен без несоразмерного ущерба имуществу, находящемуся в общей собственности, выделяющийся собственник имеет право на выплату ему стоимости его доли другими участниками долевой собственности. Выплата участнику долевой собственности остальными собственниками компенсации вместо выдела его доли в натуре допускается с его согласия. В случаях, когда доля собственника незначительна, не может быть реально выделена и он не имеет существенного интереса в использовании общего имущества, суд может и при отсутствии согласия этого собственника обязать остальных участников долевой собственности выплатить ему компенсацию. С получением компенсации собственник утрачивает право на долю в общем имуществе.
Как установлено судом и усматривается из материалов дела, Б. неоднократно обращалась к В. с просьбами об урегулировании возникшего между ними конфликта по поводу владения и пользования общим имуществом - спорной квартирой, предлагая при этом различные варианты прекращения общей долевой собственности ее с сыном и В. на данную квартиру. Однако согласия на предложенные В. варианты в виде выкупа принадлежащих ей и ее сыну 3/4 доли квартиры либо покупки его 1/4 доли Б. от ответчика не получила, в связи с чем вправе была на основании вышеприведенной нормы обратиться за разрешением спора в суд.
Поскольку в ходе рассмотрения дела установлено, что произвести раздел квартиры в натуре невозможно, доля истцов - матери и несовершеннолетнего сына, проживающих одной семьей, значительно превышает долю В. (им принадлежит 3/4 доли квартиры, в то время как В. принадлежит 1/4 доля квартиры), вывод суда о выплате истцами денежной компенсации В. за его долю является правильным.
Давая оценку обстоятельствам, связанным с наличием у В. существенного интереса в использовании общего имущества - спорной квартиры, суд принял во внимание и нахождение у В. в собственности индивидуального жилого дома, а также его фактическое непроживание в названной квартире.
Таким образом, поскольку В. свое право на выкуп у Б. и ее несовершеннолетнего сына А. принадлежащей им доли в праве собственности на спорную квартиру или продажу им своей доли в квартире не реализовал, хотя препятствий для осуществления данного права у него не было, сам чинил истцам препятствия в осуществлении ими прав, связанных с владением и пользованием квартирой, оснований для отмены постановленного по делу решения суда не имеется.
Доводы надзорной жалобы о том, что применение положений, содержащихся в абз. 2 п. 4 ст. 252 ГК РФ, допустимо лишь в отношении участника, требующего выдела из общего имущества принадлежащей ему доли, основаны на неправильном толковании норм материального права. Закрепляя в названной норме возможность принудительной выплаты участнику долевой собственности денежной компенсации за его долю, а следовательно, и утраты им права на долю в общем имуществе, законодатель исходил из исключительности таких случаев, их допустимости только при конкретных обстоятельствах и лишь в тех пределах, в каких это необходимо для восстановления нарушенных прав и законных интересов других участников долевой собственности, в связи с чем распространил действие данной нормы как на требования собственника выделенной доли, так и на требования остальных участников долевой собственности <1>.
--------------------------------
<1> Определение судьи ВС РФ от 24 октября 2006 г. N 56-В06-17 // Бюллетень ВС РФ. 2008. N 11. Очень похожее, только более сложное дело о принудительном выкупе доли см.: Определение Судебной коллегии по гражданским делам ВС РФ от 3 апреля 2012 г. N 5-В11-134 // Бюллетень ВС РФ. 2012. N 11. В этом деле обладатель 13/14 долей в праве собственности на жилое помещение смог добиться принудительного выкупа 1/14 доли, принадлежащей другому сособственнику.

Завершая настоящий подраздел, хотелось бы остановиться на освещении следующего вопроса. В последние годы практика гражданского оборота все чаще и чаще сталкивается с такой ситуацией, когда в жилом помещении на длительной основе отсутствует не собственник жилья, а член семьи собственника жилого помещения. Указанный член семьи, как правило, не будет нести никаких расходов на оплату коммунальных услуг, содержание и ремонт жилого помещения, однако за ним будет сохраняться регистрация в жилом помещении, что для собственника будет являться, мягко говоря, не совсем удобно.
С одной стороны, собственник жилого помещения в подобной ситуации сможет воспользоваться защитным механизмом, предусмотренным ч. 4 ст. 31 ЖК РФ. Напомним, что указанная норма устанавливает, что в случае прекращения семейных отношений с собственником жилого помещения право пользования данным жилым помещением за бывшим членом семьи собственника этого жилого помещения не сохраняется. Иными словами, собственник сможет обратиться с иском в суд о признании бывшего члена своей семьи утратившим право пользования жилым помещением. И если суд установит, что семейные отношения между собственником и членом его семьи действительно прекратили свое существование, иск собственника будет удовлетворен, а вынесенное решение суда послужит основанием для снятия бывшего члена семьи с регистрационного учета.
По общему правилу, это действительно так и есть. Однако не будем забывать, что жилищный закон выделяет отдельную группу членов семьи собственника (включая бывших членов), на которых ч. 4 ст. 31 ЖК РФ не распространяется. Речь идет о ст. 19 Федерального закона от 29 декабря 2004 г. N 189-ФЗ "О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации". Данная статья прямо устанавливает, что действие положений ч. 4 ст. 31 ЖК РФ не распространяется на бывших членов семьи собственника приватизированного жилого помещения при условии, что в момент приватизации данного жилого помещения указанные лица имели равные права пользования этим помещением с лицом, его приватизировавшим, если иное не установлено законом или договором.
А теперь, с учетом представленных норм жилищного законодательства, попытаемся разобрать следующую ситуацию. Некая семья занимала жилое помещение по договору социального найма. Затем это жилое помещение было приватизировано. Причем в приватизации принимали участие не все члены семьи, а только некоторые из них. Следовательно, кто-то из бывших нанимателей стал собственником жилого помещения, а кто-то - только членом семьи собственника жилья. Если в будущем семейные отношения между указанными лицами прекратятся (например, брак между супругами будет расторгнут), на данные отношения нормы ч. 4 ст. 31 ЖК РФ распространяться не будут. Собственник не сможет выселить своего бывшего члена семьи из жилого помещения и снять его с регистрационного учета. Бывшего члена семьи будет защищать ст. 19 Вводного закона. Бывший член семьи получит право пожизненного проживания в жилом помещении.
Однако не исключены случаи (и еще раз подчеркнем, что на практике они стали встречаться достаточно часто), когда бывший член семьи собственника фактически не проживает в закрепленном за ним жилом помещении, сохраняя в нем лишь только формальную регистрацию. К сожалению, нормы действующего ЖК РФ не дают прямого ответа на вопрос, как стоит поступать собственнику жилого помещения в подобной ситуации. Однако практика ВС РФ видит разрешение данной юридической проблемы в следующем ключе.
Л. обратилась в суд с иском к С. о прекращении права пользования жилым помещением, указав, что ответчик в спорном жилом помещении не проживает длительное время, коммунальные услуги не оплачивает.
Решением районного суда, оставленным без изменения апелляционным определением, в удовлетворении иска отказано.
Обсудив доводы кассационной жалобы Л., Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ отменила состоявшиеся по делу судебные постановления с направлением дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции, указав следующее.
Судом установлено, что Л. с 2005 г. является собственником квартиры на основании договора передачи квартиры в собственность в порядке приватизации.
Ответчик С. - сын истицы - зарегистрирован в указанном жилом помещении по месту жительства с 1996 г.
Судом на основании показаний свидетелей установлено, что ответчик выехал из квартиры и не живет в ней более 10 лет.
Разрешая спор и отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что отсутствие ответчика по месту жительства носит временный характер, право пользования другим жилым помещением он не приобрел.
Соглашаясь с решением, суд апелляционной инстанции дополнительно указал, что С. на момент приватизации спорного жилого помещения имел равное с истцом право пользования этим помещением, а потому за ним должно сохраняться право пользования данным жилым помещением в силу ст. 19 Федерального закона от 29 декабря 2004 г. N 189-ФЗ "О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации" (далее - Вводный закон).
Вместе с тем согласно ч. 1 ст. 31 ЖК РФ к членам семьи собственника жилого помещения относятся проживающие совместно с данным собственником в принадлежащем ему жилом помещении его супруг, а также дети и родители данного собственника.
В силу ч. 4 ст. 31 ЖК РФ в случае прекращения семейных отношений с собственником жилого помещения право пользования данным жилым помещением за бывшим членом семьи собственника этого жилого помещения не сохраняется, если иное не установлено соглашением между собственником и бывшим членом его семьи.
Как следует из разъяснений, содержащихся в п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 2 июля 2009 г. N 14 "О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации", по смыслу ч. ч. 1 и 4 ЖК РФ к бывшим членам семьи собственника жилого помещения относятся лица, с которыми у собственника прекращены семейные отношения. Отказ от ведения общего хозяйства иных лиц (помимо супругов) с собственником жилого помещения, отсутствие у них с собственником общего бюджета, общих предметов быта, неоказание взаимной поддержки друг другу и т.п., а также выезд в другое место жительства могут свидетельствовать о прекращении семейных отношений с собственником жилого помещения.
Правовые последствия отсутствия бывших членов семьи собственника жилого помещения в жилом помещении по причине выезда из него Жилищный кодекс РФ не регламентирует.
Исходя из аналогии закона (ст. 7 ЖК РФ) к ситуации, связанной с выездом из жилого помещения бывших членов семьи собственника, подлежат применению положения ст. 83 ЖК РФ, а также разъяснения, содержащиеся в п. 32 указанного выше Постановления Пленума Верховного Суда РФ.
Согласно этим разъяснениям судам необходимо выяснить, по какой причине и как долго ответчик отсутствует в жилом помещении, носит ли его выезд из жилого помещения вынужденный характер (конфликтные отношения в семье, расторжение брака) или добровольный, временный (работы, обучение, лечение и др.), или постоянный (вывез свои вещи, переехал в другой населенный пункт, вступил в новый брак и проживает с новой семьей в другом жилом помещении и др.), не чинились ли ему препятствия в пользовании жилым помещением со стороны других лиц, проживающих в нем, приобрел ли ответчик право пользования другим жилым помещением в новом месте жительства, исполняет ли он обязанности по договору по оплате жилого помещения и коммунальных услуг.
Это судебными инстанциями учтено не было.
Ссылка судов на ст. 19 Вводного закона, положенная в обоснование отказа в удовлетворении заявленных требований, признана ошибочной.
В соответствии со ст. 19 Вводного закона действие положений ч. 4 ст. 31 ЖК РФ не распространяется на бывших членов семьи собственника приватизированного жилого помещения при условии, что в момент приватизации данного жилого помещения указанные лица имели равные права пользования этим помещением с лицом, его приватизировавшим, если иное не установлено законом или договором.
При этом из названия ст. 31 ЖК РФ следует, что ею регламентируются права и обязанности именно тех граждан, которые проживают совместно с собственником в принадлежащем ему жилом помещении.
Следовательно, в случае выезда в другое место жительства право пользования жилым помещением бывшего члена семьи собственника, в котором он проживал вместе с собственником жилого помещения, может быть прекращено независимо от того, что в момент приватизации спорного жилого помещения бывший член семьи собственника жилого помещения имел равное право пользования этим помещением с лицом, его приватизировавшим.
Ссылка суда апелляционной инстанции на то, что С., будучи сыном истицы, не может являться бывшим членом
Безымянная страница
Статьи и комментарии:
- Защита прав потребителей жилищно-коммунальных услуг: как отстоять свое право на комфортное проживание в многоквартирном доме
-
Покупка квартиры в России: техника подбора, юридической проверки и проведения сделки: Монография"
-
Недвижимое имущество: понятие и отдельные виды: Учебное пособие
-
Индустрия гостеприимства в России
-
Жилищный кодекс Российской Федерации. Постатейный комментарий. Путеводитель по судебной практике
-
Комментарий к Федеральному закону от 3 июля 2016 г. N 237-ФЗ "О государственной кадастровой оценке"
-
Собственник и социальный наниматель жилого помещения: сравнительный анализ гражданского и жилищно-правового статуса
-
Как купить жилье: советы юриста
-
Управляйте домом правильно: что нужно знать собственнику жилья
-
Жилищные споры. Путеводитель по законодательству и судебной практике: Научно-практическое пособие
-
Земельный участок и постройки: особенности владения, пользования и распоряжения
-
Комментарий к новому закону "О государственном кадастре недвижимости".
-
Недвижимое имущество: государственная регистрация и проблемы правового регулирования.
-
Справочник собственника и арендатора.
-
Постатейный научно-практический комментарий к Федеральному закону "Об ипотеке (залоге недвижимости)"
-
Аренда недвижимости: "ассорти" вопросов
-
Правовой режим недвижимого имущества
-
Имущественный налоговый вычет.
-
Постатейный научно-практический комментарий к Федеральному закону "Об ипотеке (залоге недвижимости)"
-
Аренда недвижимости: "ассорти" вопросов
-
Правовой режим недвижимого имущества
-
Вы покупаете квартиру. Все вопросы: от проекта до оформления прав собственности (2009г.)
-
Капитальный ремонт, реконструкция, переустройство и перепланировка объектов недвижимости: юридические аспекты

Политика конфиденциальности
Copyright 2008 - 2018 гг. Help-Realty.RU. All rights reserved.
При использовании материалов сайта активная гипер ссылка  обязательна!