style="max-height: 50vh;">

Глава 4. Споры об устранении препятствий в пользовании земельным участком

style="max-height: 50vh;">
Глава 4. СПОРЫ ОБ УСТРАНЕНИИ ПРЕПЯТСТВИЙ В ПОЛЬЗОВАНИИ
ЗЕМЕЛЬНЫМ УЧАСТКОМ

Согласно части 1 статьи 35 Конституции РФ право частной собственности охраняется законом.
Европейский суд по правам человека исходит из того, что каждый имеет право на беспрепятственное пользование и владение своим имуществом, в том числе в рамках осуществления вещных прав, также подлежащих защите на основании абзаца первого статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции о защите прав человека и основных свобод (решения от 23 сентября 1982 г. по делу "Спорронг и Леннрот против Швеции" и от 21 февраля 1986 г. по делу "Джеймс и другие против Соединенного Королевства", а также содержащее ссылки на них решение от 30 мая 2000 г. по делу "Карбонара и Вентура против Италии").
Конституционный Суд РФ в Постановлении от 13 декабря 2001 г. N 16-П указал, что защите по правилам, действующим также применительно к праву собственности (статьи 216, 279, 283, 304 и 305 Гражданского кодекса РФ), подлежит в том числе имущество, принадлежащее лицу на праве постоянного (бессрочного) пользования или пожизненного наследуемого владения, включая земельные участки.
Данная позиция также нашла свое отражение в Определении Конституционного Суда РФ от 25 сентября 2014 г. N 2104-О, согласно которой статья 304 Гражданского кодекса РФ направлена на устранение нарушений прав собственника или иного владельца, не связанных с лишением владения, служит защите прав и законных интересов граждан и реализации предписаний статей 17 (часть 3), 35, 46 и 55 (часть 3) Конституции РФ.
Необходимо отметить, что в силу положений статьи 209 Гражданского кодекса РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом; собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, при этом в соответствии со статьей 304 Гражданского кодекса РФ собственник может требовать устранения всяких нарушений его прав, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.
Негаторная защита, предусмотренная положением статьи 304 Гражданского кодекса РФ, направлена на обеспечение реализации принципа неприкосновенности собственности (пункт 1 статьи 1 Гражданского кодекса РФ), так как способствует устранению помех в пользовании собственником своей вещью.
В силу пункта 1 статьи 1 Гражданского кодекса РФ гражданское законодательство основывается на признании равенства участников регулируемых им отношений, неприкосновенности собственности, необходимости беспрепятственного осуществления гражданских прав, обеспечения восстановления нарушенных прав, их судебной защиты. Суды часто обращаются к принципу беспрепятственного осуществления прав при рассмотрении споров по негаторным искам, указывая, что нарушение права собственности путем создания помех в использовании противоречит этому принципу (Баринова Е.А. Вещные права в системе субъективных гражданских прав // Актуальные проблемы гражданского права. Вып. 6: сб. ст. М.: Норма, 2003. С. 137 - 174).
Правомочие пользования как составная часть субъективного вещного права имеет принципиальное значение, поскольку именно наличие правомочия пользования объединяет, является общим свойством всех вещных прав.
Т.П. Подшивалов обоснованно отмечает, что для негаторного иска характерно следующее.
Негаторный иск выступает материально-правовым требованием восстановительного характера, направленным на пресечение противоправного препятствия в пользовании собственником своей вещью и устранении последствий нарушения, что приводит к восстановлению ситуации, существующей до нарушения права.
Негаторное требование обусловлено восстановлением вещных прав в том виде и объеме, в каком они существовали до нарушения в регулятивном правоотношении.
Негаторный иск является разновидностью абсолютных исков, и он может быть предъявлен любым третьим лицам, нарушающим вещное право (Подшивалов Т.П. Негаторный иск: дис. ... канд. юрид. наук. Челябинск, 2011).
Многие авторы обращают внимание и на то, что негаторные требования должны носить внедоговорной характер, что тоже нашло свое отражение в пункте 2 информационного письма Президиума ВАС РФ от 15 января 2013 г. N 153 "Обзор судебной практики по некоторым вопросам защиты прав собственника от нарушений, не связанных с лишением владения", согласно которому в случае, когда арендатор использует имущество вопреки условиям договора аренды, иск арендодателя к арендатору о прекращении соответствующих действий должен квалифицироваться арбитражным судом как договорное требование, а не как иск об устранении нарушения права, не связанного с лишением владения.
Негаторный иск применяется для защиты субъективного вещного права от нарушений, не связанных с лишением владения. Незаконное завладение предметом спора не может выступать фактическим основанием негаторной защиты, поскольку нарушение, влекущее лишения владения, защищается виндикационным иском.
Верховный Суд РФ в Определении от 9 октября 2018 г. N 20-КГ18-25 указал, что предусмотренный статьями 304, 305 Гражданского кодекса РФ способ защиты права собственности и иных вещных прав предоставляет законному владельцу право обратиться с требованием к лицу, не владеющему индивидуально-определенной вещью, об устранении препятствий в осуществлении прав, не связанных с лишением владения имуществом.
Условием для удовлетворения иска об устранении препятствий в осуществлении права владения является совокупность доказанных юридических фактов, которые свидетельствуют о том, что законный владелец претерпевает нарушения своего права, а также то, что именно ответчиком чинятся не соединенные с лишением владения препятствия в использовании истцом принадлежащего ему имущества, которые должны быть устранены.
Как уже было отмечено, Гражданский кодекс РФ среди основных начал гражданского законодательства предусматривает обеспечение восстановления нарушенных прав (статья 1) с использованием для этого широкого круга различных способов защиты (статья 12), которые направлены в том числе на поддержание стабильности гражданско-правовых отношений (Определения Конституционного Суда РФ от 23 сентября 2010 г. N 1179-О-О, от 20 февраля 2014 г. N 361-О, от 27 октября 2015 г. N 2412-О, от 28 января 2016 г. N 140-О и др.).
Перечень способов защиты в силу абзаца четырнадцатого статьи 12 Гражданского кодекса РФ, согласно которому защита гражданских прав осуществляется иными способами, предусмотренными законом, является открытым. К числу данных способов в соответствии со статьей 304 Гражданского кодекса РФ относят и такой способ защиты гражданских прав, как восстановление положения, существовавшего до нарушения права, и пресечение действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения.
Данная норма получила свое развитие в пункте 2 статьи 60 Земельного кодекса РФ, согласно которому действия, нарушающие права на землю граждан и юридических лиц или создающие угрозу их нарушения, могут быть пресечены путем:
1) признания недействительными в судебном порядке в соответствии со статьей 61 Земельного кодекса РФ не соответствующих законодательству актов исполнительных органов государственной власти или актов органов местного самоуправления;
2) приостановления исполнения не соответствующих законодательству актов исполнительных органов государственной власти или актов органов местного самоуправления;
3) приостановления промышленного, гражданско-жилищного и другого строительства, разработки месторождений полезных ископаемых и торфа, эксплуатации объектов, проведения агрохимических, лесомелиоративных, геолого-разведочных, поисковых, геодезических и иных работ в порядке, установленном Правительством РФ;
4) восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения.
Указанная норма также раскрывается в положениях статьи 76 Земельного кодекса РФ, согласно которой приведение земельных участков в пригодное для использования состояние при их загрязнении, других видах порчи, самовольном занятии, снос зданий, сооружений при самовольном занятии земельных участков или самовольном строительстве, а также восстановление уничтоженных межевых знаков осуществляются юридическими лицами и гражданами, виновными в этих земельных правонарушениях, или за их счет.
В соответствии с положениями статей 304, 305 Гражданского кодекса РФ иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению в случае, если истец докажет, что он является собственником или лицом, владеющим имуществом по основанию, предусмотренному законом или договором, и что действиями ответчика, не связанными с лишением владения, нарушается его право собственности или законное владение.
Такой иск подлежит удовлетворению и в случае, когда истец докажет, что имеется реальная угроза нарушения его права собственности или законного владения со стороны ответчика.
Иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению независимо от того, на своем или чужом земельном участке либо ином объекте недвижимости ответчик совершает действия (бездействие), нарушающие право истца (пункт 45 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 10, Пленума ВАС РФ N 22 от 29 апреля 2010 г. "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", при этом отсутствие возражений предыдущего собственника имущества против нарушений права собственности, не связанных с лишением владения, само по себе не может являться основанием для отказа в удовлетворении иска нового собственника об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения (пункт 48 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 10, Пленума ВАС РФ N 22 от 29 апреля 2010 г.), и, удовлетворяя иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, суд вправе как запретить ответчику совершать определенные действия, так и обязать ответчика устранить последствия нарушения права истца (пункт 47 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 10, Пленума ВАС РФ N 22 от 29 апреля 2010 г.).

Практика. Дубровкина Л.Н. обратилась в суд с иском к Шпневу С.Н. и Шпневой В.Л. об устранении препятствий в пользовании имуществом. В обоснование требований истец указала, что является собственником жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: {...}, а ответчики - собственниками соседнего участка, расположенного по адресу: {...}, на котором содержат пасеку.
Размещение пасеки на смежном земельном участке ответчиков создает опасность для жизни и здоровья истца, поскольку у нее имеется аллергическая реакция на яд пчел. Кроме того, расположенные со стороны ответчиков по границе земельных участков деревянный навес, забор из металлопрофиля высотой 2,15 м, а также плодовые деревья затеняют участок истца и препятствуют его использованию по назначению.
Решением {...} районного суда {...} области от 29 марта 2018 г., оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам {...} областного суда от 5 июня 2018 г., исковые требования удовлетворены частично. На Шпневу В.Л. и Шпнева С.Н. возложена обязанность не чинить Дубровкиной Л.Н. препятствий в пользовании принадлежащим ей на праве собственности земельным участком. На Шпневу В.Л. возложена обязанность в срок до пяти дней со дня вступления решения в законную силу демонтировать деревянный навес, забор из металлического профлиста, спилить абрикос и яблоню; на Шпнева С.Н. возложена обязанность в такой же срок демонтировать пасеку.
Разрешая поступившую кассационную жалобу, Верховный Суд РФ пришел к следующим выводам.
Судом установлено и из материалов дела следует, что на основании договора купли-продажи, заключенного 1 декабря 2016 г. с продавцом Моргулис Н., Дубровкиной Л.Н. принадлежат на праве собственности жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: {...}.
Смежный земельный участок, расположенный по адресу: {...}, принадлежит на праве собственности Шпневой В.Л. На территории данного земельного участка Шпнев С.Н. - супруг Шпневой В.Л. содержит пасеку, состоящую из двух пчелосемей. Вдоль смежной границы земельных участков ответчиками возведен деревянный навес, на расстоянии около 1 м от смежной границы земельных участков вглубь участка - установлен забор из металлопрофиля высотой 2,15 м и длиной 21,1 м, на расстоянии 0,5 м от смежной границы - посажена яблоня, на расстоянии 1,86 м - абрикос.
Частично удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции исходил из того, что ответчиками при размещении пасеки не соблюдены требования законодательства, не учтены интересы безопасности истца, имеющей аллергическую реакцию на укусы пчел, представляющие угрозу для ее здоровья. Кроме того, суд установил, что деревянный навес не имеет отступа от границы участка и дождевые воды с него попадают на участок Дубровкиной Л.Н., а забор и плодовые деревья затеняют ее земельный участок.
С такими выводами суда согласился и суд апелляционной инстанции.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ не нашла оснований для признания выводов судов незаконными.
Частью 3 статьи 17 Конституции РФ установлено, что осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.
Таким образом, в случае возникновения конфликтов и противоречий при осуществлении гражданами прав и свобод должен быть установлен соответствующий баланс, который при недостижении соглашения между ними может быть определен судом, с учетом того, что жизнь и здоровье человека имеют первостепенную ценность.
В соответствии с пунктом 2 статьи 209 Гражданского кодекса РФ собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц.
В то же время статьей 304 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.
Данная норма, предоставляя собственнику защиту от нарушений, не связанных с лишением владения, в том числе предполагает возможность защиты прав собственника от действий владельца соседнего земельного участка.
В Постановлении Пленума Верховного Суда РФ N 10, Пленума ВАС РФ N 22 от 29 апреля 2010 г. "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" разъяснено, что при рассмотрении исков об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, вызванных возведением ответчиком здания, строения, сооружения, суд устанавливает факт соблюдения градостроительных и строительных норм и правил при строительстве соответствующего объекта.
Несоблюдение, в том числе незначительное, градостроительных и строительных норм и правил при строительстве может являться основанием для удовлетворения заявленного иска, если при этом нарушается право собственности или законное владение истца (пункт 46).
Удовлетворяя иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, суд вправе как запретить ответчику совершать определенные действия, так и обязать его устранить последствия нарушения права истца (пункт 47).
Исследовав и оценив доказательства, в том числе представленное истцом заключение эксперта, и произведя осмотр земельных участков, строений и сооружений на месте, суд пришел к выводу о том, что посаженные с нарушением минимально допустимых до смежного участка расстояний деревья, а также деревянный навес, крыша которого выступает над участком истца, и забор из металлопрофиля высотой более 2 м, хотя бы и отнесенный вглубь от смежной границы на расстояние около 1 м, затеняют участок истца и нарушают ее право пользования своим земельным участком, предназначенным для выращивания сельскохозяйственных культур, вода с навеса ответчиков попадает на земельный участок истца.
Указанные в решении суда доказательства нарушения права собственности истца ответчиками не опровергнуты, ходатайств о назначении экспертиз в опровержение этих доказательств не заявлялось, а в части, касающейся деревьев и деревянного навеса, сторона ответчиков с требованиями истца соглашалась. Кроме того, как указано выше, суд произвел осмотр на месте.
Доводы кассационной жалобы в части несогласия с установленными судом апелляционной инстанции обстоятельствами дела и оценкой доказательств не могут служить основанием для кассационного пересмотра состоявшихся по делу судебных постановлений, поскольку в соответствии с частью 2 статьи 390 Гражданского процессуального кодекса РФ суд кассационной инстанции не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанции, предрешать вопросы о достоверности или недостоверности того или иного доказательства, преимуществе одних доказательств перед другими.
Ссылка заявителя на незначительность нарушения прав истца в силу приведенных выше положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда РФ не означает, что истец может быть лишен возможности требовать устранения нарушения его прав.
Судом дана оценка степени нарушения прав истца на предмет соразмерности указанного судом способа устранения этих нарушений, и оснований не согласиться с такой оценкой по настоящему делу не имеется.
Довод заявителей о том, что забор из металлопрофиля высотой не менее 2 м им необходим для выполнения нормативных требований по содержанию пасеки, сам по себе не может служить основанием для сохранения этого забора в нарушение прав истца, поскольку в данном случае возможность содержать пасеку производна от возможности установить такой забор.
Согласно статье 10 Федерального закона от 30 марта 1999 г. N 52-ФЗ "О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения" граждане обязаны не осуществлять действия, влекущие за собой нарушение прав других граждан на охрану здоровья и благоприятную среду обитания.
В соответствии с пунктом 11 Ветеринарных правил содержания медоносных пчел в целях их воспроизводства, выращивания, реализации и использования для опыления сельскохозяйственных энтомофильных растений и получения продукции пчеловодства, утвержденных приказом Минсельхоза России от 19 мая 2016 г. N 194, ульи с пчелами подлежат размещению на расстоянии не менее 3 м от границ соседних земельных участков с направлением летков к середине участка пчеловода или без ограничений по расстояниям при условии отделения их от соседнего земельного участка глухим забором (или густым кустарником, или строением) высотой не менее 2 м.
Как указано выше, судом установлено, что возведенный ответчиками в целях содержания пасеки забор нарушает права истца и подлежит сносу.
Кроме того, Законом {...} области от 2 ноября 2013 г. N 1555-ОЗ "Об отдельных правоотношениях в сфере пчеловодства на территории {...} области" установлено, что пчеловоды размещают пасеки на принадлежащих им на праве собственности или ином праве земельных участках с учетом интересов безопасности граждан и сельскохозяйственных животных (статья 3).
Статьей 5.2 Закона {...} области от 6 июня 2013 г. N 1490-ОЗ "Об ответственности за административные правонарушения" предусмотрена ответственность за нарушение законодательства {...} области в сфере пчеловодства, в том числе за размещение землевладельцем пасек рядом с усадьбами граждан, имеющих заключение об аллергической реакции на укус пчелы.
Согласно постановлению о назначении административного наказания от 12 июля 2017 г. N 298 административной комиссией администрации {...} Шпнев С.Н. привлечен к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного названной выше нормой Закона, а именно за размещение ульев с двумя пчелосемьями в непосредственной близости от земельного участка Дубровкиной Л.Н., у которой имеется аллергическая реакция на укус пчелы, о чем Шпневу С.Н. было известно.
Наличие у Дубровкиной Л.Н. аллергической реакции на укус пчелы подтверждается представленными ею медицинскими справками от 29 мая и 5 октября 2017 г.
По ходатайству представителя ответчика судом назначена судебная экспертиза на предмет наличия у Дубровкиной Л.Н. аллергической реакции на яд пчел.
Согласно заключению экспертов от 30 января 2018 г. N 2 у Дубровкиной Л.Н. имеется аллергическая реакция на яд домашней пчелы второй степени тяжести.
Обоснованности выводов экспертов судом дана оценка, в том числе с учетом результатов лабораторных анализов, данные выводы подтверждены экспертом, допрошенным в судебном заседании.
По результатам проверки и оценки заключения экспертов суд пришел к выводу об отсутствии необходимости в дополнительной либо повторной экспертизе.
Оснований не согласиться с таким выводом суда по доводам кассационной жалобы и материалам дела не имеется.
Поскольку у Дубровкиной Л.Н. имеется аллергическая реакция на пчелиный яд, а размещение пасеки на соседнем земельном участке создает угрозу для ее здоровья и препятствует в полной мере и безопасно пользоваться принадлежащим ей домом и земельным участком, суд обоснованно удовлетворил иск.
Формальное соблюдение ответчиком ветеринарно-санитарных правил содержания ульев с пчелосемьями само по себе не является безусловным основанием для отказа в иске при наличии установленной судом угрозы для здоровья истца, создаваемой содержанием ответчиками пасеки.
Кроме того, возведенный ответчиками для содержания пчел забор, как указано выше, не может быть сохранен, поскольку нарушает права соседнего землевладельца.
Не могут являться основанием для удовлетворения кассационной жалобы и доводы о том, что имелось согласие прежнего собственника земельного участка истца на содержание ответчиками пасеки и возведение спорных сооружений.
Так, в пункте 48 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 10, Пленума ВАС РФ N 22 от 29 апреля 2010 г. "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" разъяснено, что отсутствие возражений предыдущего собственника имущества против нарушений права собственности, не связанных с лишением владения, само по себе не может являться основанием для отказа в удовлетворении иска нового собственника об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения.
Определение ВС РФ
от 28 мая 2019 г. N 37-КГ19-4

Особое место среди споров, связанных с земельными участками, занимают споры об освобождении земельного участка.
По мнению Д.А. Тоточенко, данные споры, как правило, возникают, когда граница между смежными земельными участками определена и закреплена в кадастровой документации (процедура межевания проводилась), но один из землевладельцев в результате осуществления недобросовестных действий незаконно занимает часть участка соседа, тем самым увеличивая площадь собственного земельного участка. Такие недобросовестные действия могут сопровождаться возведением строений и сооружений на участке соседа (Тоточенко Д.А. Особенности рассмотрения споров о восстановлении границ земельного участка // Российская юстиция. 2016. N 10. С. 40 - 43).
Правовым основанием для подобных исков является статья 60 Земельного кодекса РФ, согласно которой нарушенное право на земельный участок подлежит восстановлению в случае самовольного занятия земельного участка.
При предъявлении исков основное требование о восстановлении границы земельного участка сопровождается дополнительными требованиями, к которым можно отнести:
- восстановление на прежнем месте ограждений;
- снос возведенных ответчиком построек;
- восстановление почвенного слоя земельного участка;
- перенос хозяйственных построек;
- освобождение участка от строительных материалов, мусора и т.д.
Согласно позиции Верховного Суда РФ использование ответчиком пространства, находящегося под поверхностью земельного участка истца, является неправомерным и нарушает права и охраняемые законом интересы истца, поскольку препятствует использованию истцом данного пространства по своему усмотрению, не позволяет истцу полноценно пользоваться участком, принадлежащим ему на праве собственности (Определение Верховного Суда РФ от 2 июня 2015 г. N 4-КГ15-19), при этом неустановление границ земельных участков в соответствии с действующим законодательством не является препятствием для защиты их собственниками своих прав посредством предъявления иска об устранении препятствий в пользовании земельными участками (Определение Верховного Суда РФ от 20 октября 2015 г. N 14-КГ15-7).
Самовольная постройка. В соответствии с пунктом 2 статьи 62 Земельного кодекса РФ на основании решения суда лицо, виновное в нарушении прав собственников земельных участков, землепользователей, землевладельцев и арендаторов земельных участков, может быть принуждено к исполнению обязанности в натуре, в том числе к сносу незаконно возведенных зданий, строений, сооружений.
В силу пункта 3 статьи 76 Земельного кодекса РФ приведение земельных участков в пригодное для использования состояние при их самовольном занятии, снос зданий, строений, сооружений при самовольном занятии земельных участков осуществляются юридическими лицами и гражданами, виновными в указанных земельных правонарушениях, или за их счет.
В пункте 1 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ N 2 (2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 17 июля 2019 г., отмечено, что лицо, чьи права и законные интересы нарушены строительством и (или) эксплуатацией самовольной постройки или создана угроза их нарушения, вправе требовать от лиц, допустивших такое нарушение, восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения.
Необходимо отметить, что базовое понятие самовольной постройки содержится в пункте 1 статьи 222 Гражданского кодекса РФ, согласно которому "самовольной постройкой признается здание, сооружение или другое строение, возведенные или созданные на земельном участке, не предоставленном в установленном порядке, или на земельном участке, разрешенное использование которого не допускает строительства на нем данного объекта, либо возведенные или созданные без получения на это необходимых в силу закона согласований, разрешений или с нарушением градостроительных и строительных норм и правил, если разрешенное использование земельного участка, требование о получении соответствующих согласований, разрешений и (или) указанные градостроительные и строительные нормы и правила установлены на дату начала возведения или создания самовольной постройки и являются действующими на дату выявления самовольной постройки".
Понятие самовольной постройки, данное в пункте 1 статьи 222 Гражданского кодекса РФ, не является единственным. Так, статьи 24 - 25 Федерального закона от 17 ноября 1995 г. N 169-ФЗ "Об архитектурной деятельности в Российской Федерации" определяют ее как строительство или изменение архитектурного объекта (здание, сооружение, комплекс зданий и сооружений, их интерьер, объекты благоустройства, ландшафтного или садово-паркового искусства, созданные на основе архитектурного проекта) без разрешения на строительство, а согласно Инструкции о проведении учета жилищного фонда в Российской Федерации, утвержденной приказом Минземстроя РФ от 4 августа 1998 г. N 37, самовольной постройкой признаются осуществленные без соответствующего разрешения: реконструкция жилых домов (частей домов); переоборудование правомерно возведенных нежилых зданий в жилые и наоборот; возведение нового здания при наличии разрешения на капитальный ремонт старого; возведение дополнительных зданий.
Таким образом, самовольная постройка представляет собой имущество, подпадающее под признаки объекта недвижимости, но создание которого обусловлено нарушением установленных норм земельного законодательства, регулирующего предоставление земельного участка под строительство, а также и градостроительных норм, регулирующих проектирование и строительство (Определение Конституционного Суда РФ от 29 сентября 2016 г. N 1873-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы граждан Желябовского Николая Ивановича, Миненко Дениса Евгеньевича и других на нарушение их конституционных прав положениями статьи 222 Гражданского кодекса Российской Федерации").
Лицо, осуществившее самовольную постройку, не приобретает на нее право собственности. Оно не вправе распоряжаться постройкой: продавать, дарить, сдавать в аренду, совершать другие сделки. Использование самовольной постройки не допускается (пункт 2 статьи 222 Гражданского кодекса РФ).
В своих определениях Конституционный Суд РФ также неоднократно указывал на то, что закрепленные в статьях 35 и 40 Конституции РФ гарантии права собственности и права на жилище предоставляются лишь в отношении того имущества, которое принадлежит соответствующему субъекту на законных основаниях, самовольное же строительство представляет собой правонарушение, а обязанность по сносу самовольной постройки - санкция за такое правонарушение, как это предусмотрено статьей 222 Гражданского кодекса РФ. При этом положения данной статьи, закрепляющие признаки самовольной постройки, то есть постройки, совершенной с нарушением установленных законодательных норм, и последствия такой постройки, направлены на защиту прав граждан, а также на обеспечение баланса публичных и частных интересов и тем самым - на реализацию требований статей 17 (часть 3) и 55 (часть 3) Конституции РФ (Определение Конституционного Суда РФ от 29 мая 2018 г. N 1174-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы граждан Аминевой Надежды Николаевны, Васильевой Натальи Викторовны и других на нарушение их конституционных прав пунктами 1 и 2 статьи 222 Гражданского кодекса Российской Федерации"; Определение Конституционного Суда РФ от 23 ноября 2017 г. N 2564-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Байкина Анатолия Тимофеевича на нарушение его конституционных прав пунктом 1 статьи 222 Гражданского кодекса Российской Федерации и частью четвертой статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации").

Практика. Хубиева Н.А. обратилась в суд с иском к Луценко В.А. о сносе (переносе) самовольных построек, указав в обоснование заявленных требований, что является собственником земельного участка общей площадью 1 000 кв. м, расположенного по адресу: {...}. В результате выноса границ земельного участка в натуре было установлено, что на принадлежащем ей земельном участке установлен забор с западной стороны 5,25 м, с восточной - 5,90 м, с южной - 57,8 м, кроме того, часть строения (баня) и часть жилого дома с соседнего участка, расположенные по адресу: {...}, тоже расположены на ее земельном участке, в связи с чем указанные объекты недвижимости являются самовольными и подлежат сносу.
С учетом уточнения исковых требований просила возложить обязанность на Луценко В.А. снести (демонтировать) за свой счет самовольно построенные объекты:
- вспомогательное строение (данные литеризации неизвестны) площадью 10,94 кв. м в границах 4,06 + 2,71 + 3,96 + 2,75;
- забор из металлического профильного листа протяженностью 56,58 м, возведенный на земельном участке истицы, расположенном по адресу: {...};
- северо-восточную часть жилого дома литер А, на земельном участке, расположенном по адресу: {...}, на расстояние 3,0 м от межи земельного участка истицы, а также указать, что вынесенное по делу решение является основанием для прекращения права собственности ответчика в ЕГРН на жилой дом.
Представитель ответчика Багдасарова О.А. заявленные исковые требования не признала, просила отказать в их удовлетворении в связи с истечением срока исковой давности.
Решением {...} районного суда {...} от 3 апреля 2018 г. исковые требования Хубиевой Н.А. удовлетворены частично: на Луценко В.А. возложена обязанность снести (демонтировать) за свой счет вспомогательное строение и забор из металлического профилированного листа, возведенные на земельном участке по адресу: {...}. В удовлетворении остальной части иска отказано.
Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда {...} Республики от 1 августа 2018 г. суд перешел к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции, поскольку дело было рассмотрено без надлежащего извещения ответчицы Луценко В.А.
Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда {...} Республики от 15 августа 2018 г. решение суда первой инстанции отменено, по делу вынесено новое решение об отказе Хубиевой Н.А. в удовлетворении исковых требований.
Разрешая поступившую кассационную жалобу, Верховный Суд РФ пришел к следующим выводам.
Судом установлено и подтверждается материалами дела, что Хубиевой Н.А. на праве собственности принадлежит земельный участок общей площадью 1 000 кв. м, расположенный по адресу: {...}, что подтверждено свидетельством о государственной регистрации права от 26 июля 2007 г.
Луценко В.А., согласно выписке из ЕГРН, принадлежит на праве собственности жилой дом общей площадью 198,4 кв. м и земельный участок площадью 1 000 кв. м, расположенные по адресу: {...}, что подтверждается свидетельством о праве собственности, выданном 7 августа 2008 г.
Из сведений, имеющихся на публичной кадастровой карте, земельные участки являются смежными, ранее учтенными. Земельный участок истицы поставлен на кадастровый учет 28 мая 2007 г., а ответчицы - 7 декабря 2007 г.
Согласно схеме взаимного расположения границ земельного участка, выполненной 2 августа 2017 г., на земельном участке истицы установлен забор с западной стороны 5,25 м, с восточной - 5,90 м, с южной - 57,8 м, находятся часть строения и часть жилого дома с соседнего участка, расположенные по адресу: {...}.
Решением {...} районного суда от 3 ноября 2010 г. был удовлетворен иск Луценко В.А. к {...} сельскому поселению о признании права собственности на жилой дом и за Луценко В.А. признано право собственности на жилой дом общей площадью 198,4 кв. м, при котором имеются хозпостройки: гараж, сауна, расположенные в селе {...}, по адресу: {...}.
Луценко В.А. зарегистрировала право собственности на вышеуказанный дом 13 января 2011 г.
Согласно данным технического паспорта домовладение, расположенное по адресу: {...}, состоит из двух этажей общей площадью дома 198,4 кв. м, кроме того, имеется гараж площадью 55,5 кв. м, сауна площадью 62,9 кв. м, ворота - 12,5 кв. м высотой 2,50 м, забор - 56,58 кв. м высотой 2,50 м.
На момент обращения в суд с указанным иском участок Хубиевой Н.А. не имел ограждения, отсутствовали какие-либо межевые знаки, свидетельствующие о границах земельного участка.
На плане выноса границ участков в натуре от 2 августа 2017 г., подготовленном филиалом АО "Ростехинвентаризация-Федеральное" по заявлению Хубиевой Н.А., кадастровым инженером указано, что на земельном участке, расположенном по адресу: {...}, установлен забор со следующими параметрами: с западной стороны 5,25 м, с восточной - 5,90 м, с южной - 57,8 м, а также часть строения (баня) и часть жилого дома с соседнего участка, расположенного по адресу: {...}.
Согласно сведениям, представленным филиалом ФГБУ "ФКП Росреестра" по {...} Республике от 11 октября 2017 г., смещения координат по кадастровому кварталу, в котором расположены спорные земельные участки, не выявлено.
Разрешая спор по существу и удовлетворяя заявленные Хубиевой Н.С. исковые требования в части, суд первой инстанции исходил из того, что земельные участки сторон были образованы посредством раздела в несколько этапов одного земельного участка, на протяжении многих лет стоят на кадастровом учете с определением и согласованием границ, и в нарушение этих границ Луценко В.А. застроена часть участка истицы возведением забора и вспомогательным объектом, что подтверждается заключениями кадастровых инженеров и заключением эксперта.
Кроме того, истицей Хубиевой Н.А. ее земельный участок приобретен и поставлен на кадастровый учет раньше, чем это сделала ответчица в отношении своего земельного участка. Суд учел, что заключения инженеров и заключение экспертов подтверждают тот факт, что на сегодняшний день по сведениям, имеющимся в ЕГРН, ответчицей застроена часть земельного участка истицы. В отличие от здания жилого дома на установку вспомогательного строения площадью 10,94 кв. м и забора из металлического профилированного листа протяженностью 56,58 м выдачи разрешения на строительство не требовалось, и вышеприведенным решением суда право собственности на них не признавалось.
Суд апелляционной инстанции не согласился с выводами суда первой инстанции и, отказывая в удовлетворении исковых требований, исходил из того, что Хубиева Н.А. не владеет спорным имуществом, в связи с чем на основании статей 304, 305 Гражданского кодекса РФ негаторный иск, направленный на истребование имущества из чужого незаконного владения, удовлетворению не подлежит.
Суд апелляционной инстанции указал, что Хубиева Н.А. не обладает возможностью доступа на оспариваемую часть земельного участка по крайней мере с 2010 г. и у нее отсутствует возможность естественным образом перемещаться на спорный земельный участок, что подтверждает лишение ее владения. Из пояснений сторон и материалов дела также следует, что между сторонами в том числе имеется спор об установлении границ, поскольку фактические границы земельных участков не соответствуют данным в ГКН, а забор между участками установлен в 2010 г.
Кроме того, из заключения землеустроительной экспертизы от 1 февраля 2018 г. следует, что при определении границ местоположения земельных участков допущена кадастровая ошибка, в связи с чем снос строений до ее устранения и уточнения границ не целесообразен, так как документальное расположение границ участков может быть изменено.
При таких обстоятельствах судебная коллегия пришла к выводу, что по настоящему иску между сторонами возник спор о праве на земельный участок (об истребовании имущества из чужого незаконного владения, установлении границ земельного участка), однако предусмотренный статьей 304 Гражданского кодекса РФ способ защиты подлежит применению только в том случае, когда соответствующее имущество находится во владении собственника. Между тем истица не владеет спорным имуществом, в связи с чем суд первой инстанции был не вправе удовлетворять исковые требования Хубиевой Н.А.
Отказывая в удовлетворении исковых требований о сносе северо-восточной части жилого дома, судебная коллегия, руководствуясь положениями статей 133, 222 Гражданского кодекса РФ, указала, что составная часть единого жилого дома не может быть признана самовольной постройкой.
Отказывая в удовлетворении требования о переносе вспомогательного помещения площадью 10,94 кв. м, суд апелляционной инстанции указал, что данное вспомогательное помещение обладает признаками недвижимого имущества.
Кроме того, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о пропуске истицей срока исковой давности по заявленным требованиям о сносе части жилого дома и переносе вспомогательного помещения, поскольку указанные объекты были возведены в 2010 г., а с иском Хубиева Н.А. обратилась только 5 сентября 2017 г.
Судебной коллегией по гражданским делам Верховного Суда РФ сделан вывод, что состоявшееся по делу апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда {...} Республики от 15 августа 2018 г. принято с нарушением норм материального и процессуального права и согласиться с ним нельзя по следующим основаниям.
В силу статьи 301 Гражданского кодекса РФ собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения. Истребование имущества из чужого незаконного владения, или виндикация, является вещно-правовым способом защиты права собственности.
Как разъяснено в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 10, Пленума ВАС РФ N 22 от 29 апреля 2010 г. "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", применяя статью 301 Гражданского кодекса РФ, судам следует иметь в виду, что собственник вправе истребовать свое имущество от лица, у которого оно фактически находится в незаконном владении. Соответственно, с помощью виндикационного иска может быть истребовано индивидуально-определенное имущество (вещь), имеющееся у незаконного владельца в натуре.
Таким образом, по делу об истребовании имущества (земельного участка) из чужого незаконного владения юридически значимой и подлежащей доказыванию является одновременная совокупность следующих обстоятельств: наличие у истца права собственности на имеющийся в натуре земельный участок определенной площади и в определенных границах, а также незаконность владения этим земельным участком или его частью конкретным лицом (лицами).
Заявленные исковые требования мотивированы Хубиевой Н.А. тем, что своего согласия на застройку участка она не давала и не разрешала строить на ее участке забор, следовательно, данные объекты подлежат сносу, а ее нарушенное право - восстановлению.
Судом первой инстанции установлено, что Хубиева Н.А. земельный участок приобрела и поставила на кадастровый учет раньше, чем Луценко В.А., и заключения инженеров, и заключение экспертов подтверждают тот факт, что на сегодняшний день по сведениям, имеющимся в ЕГРН, ответчицей застроена часть земельного участка истицы.
Таким образом, между сторонами заявлен спор не о земельном участке, а о сносе самовольных построек, поскольку право собственности на земельный участок истицы зарегистрировано в установленном законом порядке, границы также установлены и поставлены на учет в ЕГРН, истица несет бремя содержания принадлежащего ей имущества, при этом часть земельного участка, на который зарегистрировано право собственности истицы, самовольно используется ответчицей, что судом апелляционной инстанции в нарушение требований статей 67, 198 Гражданского процессуального кодекса РФ учтено не было и надлежащей оценки не получило.
В соответствии с частью 3 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса РФ суд принимает решение по заявленным истцом требованиям.
Как разъяснено в абзаце 4 пункта 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2003 г. N 23 "О судебном решении", заявленные требования рассматриваются и разрешаются по основаниям, указанным истцом.
Требований об установлении границ земельного участка ни истицей, ни ответчицей заявлено не было, что не учтено судом апелляционной инстанции при рассмотрении дела.
При указанных обстоятельствах суд первой инстанции пришел к выводу о том, что в данном случае требование о сносе самовольных построек было заявлено владеющим собственником земельного участка, на котором они были возведены, в связи с чем к возникшим правоотношениям подлежали применению положения Гражданского кодекса РФ о негаторном иске (статьи 208, 304).
Судом апелляционной инстанции при отмене решения суда первой инстанции, в нарушение требований статьи 198 Гражданского процессуального кодекса РФ, данный вывод опровергнут не был.
Кроме того, вывод суда апелляционной инстанции о невозможности переноса вспомогательного помещения площадью 10,94 кв. м в связи с тем, что оно обладает признаками недвижимого имущества, нельзя признать правильным, поскольку это обстоятельство не является существенным при решении вопроса о самовольности возведения указанного строения. Данное строение также не признано объектом недвижимости в установленном порядке, что судом апелляционной инстанции в нарушение требований статей 67, 198 Гражданского процессуального кодекса РФ учтено не было.
В соответствии со статьей 222 Гражданского кодекса РФ самовольной постройкой является здание, сооружение или другое строение, возведенные, созданные на земельном участке, не предоставленном в установленном порядке, или на земельном участке, разрешенное использование которого не допускает строительства на нем данного объекта, либо возведенные, созданные без получения на это необходимых разрешений или с нарушением градостроительных и строительных норм и правил. Лицо, осуществившее самовольную постройку, не приобретает на нее право собственности. Оно не вправе распоряжаться постройкой - продавать, дарить, сдавать в аренду, совершать другие сделки. Самовольная постройка подлежит сносу осуществившим ее лицом либо за его счет.
Пунктом 22 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 10, Пленума ВАС РФ N 22 от 29 апреля 2010 г. "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" разъяснено, что установленные Гражданским кодексом РФ правила об исковой давности не подлежат применению в случаях предъявления требования о сносе самовольной постройки, создающей угрозу жизни и здоровью граждан. Такое ограничение обосновано тем, что предъявление требования о сносе самовольной постройки в данном случае связано не с нарушением гражданского права конкретного лица, а с устранением постоянной угрозы общественным интересам, которую создает сохранение постройки. По смыслу статей 208 и 304 Гражданского кодекса РФ исковая давность не распространяется на требование о сносе постройки, созданной на земельном участке истца без его согласия, если истец владеет этим земельным участком. Иск о сносе самовольной постройки, предъявленный в защиту своего права на земельный участок лицом, которое не лишено владения этим участком, следует рассматривать как требование, аналогичное требованию собственника или иного законного владельца об устранении всяких нарушений его прав в отношении принадлежащего ему земельного участка, не связанных с лишением владения. Это требование имеет негаторный характер, и в силу абзаца пятого статьи 208 Гражданского кодекса РФ исковая давность на такие требования не распространяется.
Сам по себе факт застройки ответчицей незначительной части земельного участка истицы с воспрепятствованием доступа на нее последней не лишает собственника, зарегистрировавшего свое право собственности в установленном порядке, законного владения указанным объектом недвижимости - земельным участком общей площадью 1 000 кв. м.
В силу положения статей 304, 305 Гражданского кодекса РФ иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению, если истец докажет, что он является собственником или лицом, владеющим имуществом по основанию, предусмотренному законом или договором, и что действиями ответчика, не связанными с лишением владения, нарушается его право собственности или законное владение (пункты 45, 49 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 10, Пленума ВАС РФ N 22 от 29 апреля 2010 г. "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав").
Указанные требования закона и разъяснения Пленума Верховного Суда РФ судом апелляционной инстанции при рассмотрении настоящего дела учтены не были.
Определение ВС РФ
от 26 ноября 2019 г. N 30-КГ19-3

Справедливо мнение М.А. Ероховой о том, что в статью 222 Гражданского кодекса РФ включены два элемента: частноправовой и публично-правовой. Спор о сносе строения в связи с несоблюдением строительных норм и правил оказывается административным, а спор о сносе строения, возведенного на чужом участке, - частноправовым (Ерохова М.А. Конкуренция требований по Гражданскому кодексу России: дис. ... канд. юрид. наук. М., 2006).
Соответственно, требование о сносе самовольной постройки, возведенной на чужом участке, и когда ее сохранение не создает угрозы жизни и здоровью граждан, обладает характером частного гражданско-правового требования.
Частно-правовой характер указанных требований определяется как негаторный, то есть требование о сносе самовольной постройки, заявленное физическим лицом (например, смежным землепользователем), попадает под действие статьи 304 Гражданского кодекса РФ (Подшивалов Т.П. Негаторный иск: дис. ... канд. юрид. наук. Челябинск, 2011).
Данная позиция подтверждается Обзором судебной практики Верховного Суда РФ N 3 (2016), утвержденным Президиумом Верховного Суда РФ 19 октября 2016 г., согласно пункту 13 которого исковая давность не распространяется на требование о сносе постройки, созданной на земельном участке истца без его согласия, если истец владеет этим земельным участком.
К.И. Скловский отмечает, что "негаторный иск, в отличие от виндикационного, может состоять в требовании сноса строения", но только "строения, возведенного на земельном участке вопреки воле собственника" (Скловский К.И. Собственность в гражданском праве. М., 2010).
Стоит согласиться также с мнением Т.П. Подшивалова о том, что в случае если самовольное строительство связано с использованием всего земельного участка, то такие действия должны быть оценены как завладение земельным участком собственника. Если же самовольное строительство ведется только на части земельного участка, а собственник сохраняет владение оставшейся частью, то налицо нарушение правомочий пользования, выражающееся в создании помех к нормальному использованию собственником земельного участка и препятствий к осуществлению владения, не повлекшее его лишения, следовательно, в первой ситуации предъявляется виндикационный иск, а во второй - негаторный (Подшивалов Т.П. Негаторный иск: дис. ... канд. юрид. наук. Челябинск, 2011).

Безымянная страница
Статьи и комментарии:
- Защита прав потребителей жилищно-коммунальных услуг: как отстоять свое право на комфортное проживание в многоквартирном доме
-
Покупка квартиры в России: техника подбора, юридической проверки и проведения сделки: Монография"
-
Недвижимое имущество: понятие и отдельные виды: Учебное пособие
-
Индустрия гостеприимства в России
-
Жилищный кодекс Российской Федерации. Постатейный комментарий. Путеводитель по судебной практике
-
Комментарий к Федеральному закону от 3 июля 2016 г. N 237-ФЗ "О государственной кадастровой оценке"
-
Собственник и социальный наниматель жилого помещения: сравнительный анализ гражданского и жилищно-правового статуса
-
Как купить жилье: советы юриста
-
Управляйте домом правильно: что нужно знать собственнику жилья
-
Жилищные споры. Путеводитель по законодательству и судебной практике: Научно-практическое пособие
-
Земельный участок и постройки: особенности владения, пользования и распоряжения
-
Комментарий к новому закону "О государственном кадастре недвижимости".
-
Недвижимое имущество: государственная регистрация и проблемы правового регулирования.
-
Справочник собственника и арендатора.
-
Постатейный научно-практический комментарий к Федеральному закону "Об ипотеке (залоге недвижимости)"
-
Аренда недвижимости: "ассорти" вопросов
-
Правовой режим недвижимого имущества
-
Имущественный налоговый вычет.
-
Постатейный научно-практический комментарий к Федеральному закону "Об ипотеке (залоге недвижимости)"
-
Аренда недвижимости: "ассорти" вопросов
-
Правовой режим недвижимого имущества
-
Вы покупаете квартиру. Все вопросы: от проекта до оформления прав собственности (2009г.)
-
Капитальный ремонт, реконструкция, переустройство и перепланировка объектов недвижимости: юридические аспекты

Политика конфиденциальности
Copyright 2008 - 2021
гг. Help-Realty.RU. All rights reserved.
При использовании материалов сайта активная гипер ссылка  обязательна!